Служба на опасном повороте
Госавтоинспекции 90 лет. За это время изменилась страна, изменились автомобили, дороги, технические возможности и сами водители. Но суть службы осталась прежней: безопасность дорожного движения, профилактика аварий, помощь людям и постоянная работа с теми, кто считает, что правила написаны не для него.
О том, какой была ГАИ раньше, чему современные инспекторы могут поучиться у старших поколений, как технологии помогают искать нарушителей и почему никакая система полностью не заменит инспектора на дороге, мы поговорили с начальником Госавтоинспекции Череповца Николаем Баевым.
— Вы помните, как сами сдавали на права? Что тогда чувствовали?
— Конечно, помню. Это были еще восьмидесятые годы, и у нас было очень серьезное направление: все автомобильные категории, автомобили с прицепами, автобусы, тракторы. Кроме мелиоративной техники, наша группа изучала практически всё. На экзамен по правилам дорожного движения мы шли уверенно, потому что знали, что сдадим. Мы учились три года. За это время проходили не только правила, но и устройство транспортных средств. Могли разобрать двигатель, знали тактико-технические характеристики, много часов проводили за рулем на разных видах транспорта.
Сейчас, на мой взгляд, подготовка стала слабее. Иногда говорят, что сегодня сдать на права сложнее, чем раньше. Я бы так не сказал. Не сложнее. Просто подготовка стала хуже.
— Если сравнивать поколения инспекторов прошлого и нынешнего времени, чему современные сотрудники могли бы поучиться у старших коллег?
— Я не хочу никого обидеть: ни нынешнее поколение, ни прежнее. В каждом поколении есть свои сильные люди, свои самородки, и в каждом есть недостатки. Но у прошлого поколения точно можно поучиться тому, что всю работу они выполняли вручную. Инспектор работал жезлом: останавливал, проверял, разговаривал, наблюдал. Сейчас с появлением технологий многое стало проще, но есть и обратная сторона: новое поколение где-то немного расслабилось. Конечно, это касается не всех. Большинство сотрудников добросовестно несут службу. Но я считаю, что инспектор ДПС — и раньше, и сейчас — в первую очередь должен работать на дороге. Никакая система не выявит пьяного водителя сама по себе. Его можно обнаружить только в потоке: остановить транспорт, посмотреть на поведение водителя, поговорить с ним.
— Какой водитель на дороге опаснее: самоуверенный или неопытный?
— Самый опасный водитель — пьяный. Особенно страшная ситуация, когда человек пьян и не имеет водительского удостоверения. У него нет опыта, он не понимает ответственности. Бывают люди, которые где-то сами научились ездить и не попадались в поле зрения Госавтоинспекции. Но главное — поведение на дороге. Если водитель наглый, нарушает правила, ведет себя по-хамски и не уважает других участников движения, он опасен. Любой водитель, который соблюдает правила дорожного движения, обращает внимание на знаки и уважает других, намного безопаснее.
— Как изменился водитель за последние 10–15 лет? Не по статистике, а психологически.
— За всех говорить не буду: водители разные. Но сейчас чаще встречаются те, кто не хочет перестраивать свое поведение на дороге. Больше стало автохамов — людей, которые считают себя хозяевами дороги, хозяевами жизни. Особенно это заметно среди некоторых водителей с красивыми номерами. Раньше водитель чаще прислушивался к инспектору, воспринимал замечание как критику и старался дальше не повторять нарушение. Сейчас многие, наоборот, пытаются оправдаться, подключают защитников, адвокатов, спорят, но не хотят признать: водительское удостоверение у него забирают или штраф выписывают не просто так, а потому что он нарушил правила дорожного движения.
— Инспекторы запоминают таких водителей?
— Конечно. Если человек постоянно нарушает правила, ездит пьяным или без водительского удостоверения, его госномер и личность откладываются в памяти у сотрудников. Его проверяют, чтобы понять, не сел ли он снова за руль в состоянии опьянения. Иногда останавливаем даже для профилактической беседы.
— Какая фраза водителей стала классической и повторяется из года в год?
— Самая распространенная фраза — «Причина остановки?». Я считаю ее неправильной и заразной. Какого водителя ни останови, сразу: «Причина остановки?»
— Что вы советуете отвечать сотрудникам?
— Сейчас мы действуем строго в рамках закона. Просто так остановить транспортное средство для проверки документов на предмет правомерности управления мы не имеем права. Всё должно быть законно и обоснованно.
— Последние годы много говорят о детях на пит-байках. Для Госавтоинспекции это сейчас одна из болезненных тем?
— Да. Последние два года нас особенно настораживает детский дорожно-транспортный травматизм и поведение родителей, когда их дети попадаются нам на мотоциклах и пит-байках. В Череповце мы выбрали жесткую позицию. Если ребенок или подросток управляет мотоциклом без прав, никаких поблажек не будет. Родители будут привлечены за передачу управления, потому что они отвечают за своего ребенка и должны знать, чем он занимается. Когда родитель приходит ко мне в кабинет и говорит: «Я не знал, что мой ребенок ездит на мотоцикле», я в это не верю. Если ребенку уже исполнилось 16 лет, он тоже будет привлечен к ответственности. Минимальных штрафов в таких случаях не будет — только максимальные, потому что человек умышленно сел за руль без прав. И родителям я хочу сказать прямо: если вы знаете, что ваш ребенок ездит на мотоцикле или пит-байке, не имея прав и опыта, если вы сами купили ему этот транспорт и подарили на день рождения или другой праздник, ждите, что в ближайшее время вам могут позвонить либо из Госавтоинспекции, либо, не дай бог, из морга.
— Какие технологии больше всего изменили работу Госавтоинспекции?
— В первую очередь это фотовидеофиксация и система «Паутина». В Череповце с ее помощью можно оперативно определить, где находится транспортное средство, которое нас интересует, например, машина в розыске или автомобиль, который необходимо задержать. Сильно изменились базы данных. Сейчас мы можем проверять иностранных граждан, лиц, находящихся в розыске, информацию о совершенных правонарушениях. Всё это помогает быстрее принимать решения. Появилась техника для проверки светопропускаемости стекол, новые средства контроля технического состояния транспортных средств. Изменился и сам транспорт Госавтоинспекции. В 1996 году для нас «шестерка» была хорошей, серьезной машиной. Сейчас служебные автомобили другие: современные, в том числе внедорожники. Время на месте не стоит: меняются автомобили у нарушителей, меняется и техника у нас. Есть оборудование, установленное на транспорте Госавтоинспекции, которое позволяет в движении выявлять нарушения и автомобили, находящиеся в розыске.
— Был ли случай, который заставил вас особенно почувствовать гордость за профессию?
— У меня никогда не было мысли, чтобы я усомнился в выборе профессии. Наоборот. Я пришел в 1996 году, тогда ГАИ находилась на Советском, 28. Вливаясь в коллектив, сразу почувствовал: это дружная служба, сильные наставники, поддержка коллег и руководства.
Особенно важна была помощь отдела кадров, отношение к молодым сотрудникам. Хотел учиться дальше — пожалуйста, никаких препятствий. Коллектив многое значит в нашей профессии.
— Что бы вы хотели пожелать коллегам в год 90-летия Госавтоинспекции?
— Самое главное — терпения и выдержки. Наша профессия нелегкая. Приходится встречаться с разными людьми: с хорошими, с плохими, с людьми разного характера.
Нужно сохранять выдержку и никогда не унывать на службе. У Госавтоинспекции Череповца дружный коллектив. Думаю, все поставленные задачи мы выполняли, выполняем и будем выполнять — на благо нашего города.
Человек, которого знали все водители
Одной из самых ярких фигур в истории череповецкой Госавтоинспекции был Рюрик Кузьмич Катяшичев — инспектор, имя которого помнило целое поколение горожан.
Его судьба началась далеко от городских дорог — в деревне Кизбой Череповецкого района. Детство пришлось на трудные довоенные и военные годы: школа, колхозная работа, раннее взросление. В 17 лет Рюрика Катяшичева призвали в армию. Он служил на Северном флоте, на Соловецких островах, затем — на подводном флоте.
В ГАИ он пришел не сразу. После службы работал шофером, электромехаником, водителем в разных организациях. В 1961 году его автомобиль направили в помощь череповецкой Госавтоинспекции, где тогда остро не хватало транспорта. Так он стал внештатным инспектором, а в 1964 году был принят в штат.
Рюрика Кузьмича знали как человека принципиального и неподкупного. Особенно жестко он боролся с пьяными водителями. После трагического ДТП на улице Металлургов, где по вине нетрезвого водителя автобуса погибли сотрудники милиции, эта борьба стала для него личным делом.
За годы службы он создал картотеку нарушителей, в которой было около полутора тысяч человек. Более 700 материалов направил в наркологические службы, 446 водителей были лишены права управления. Он проводил занятия в школах, детских садах, лагерях, на предприятиях, писал материалы о безопасности дорожного движения для прессы.
Рюрик Катяшичев был не просто инспектором на дороге. Он стал символом времени, когда милиционера знали в лицо, уважали за строгость и побаивались за принципиальность. Для Череповца он остался тем самым легендарным инспектором, который служил не форме, а порядку на дороге.
